s0tnik (s0tnik) wrote,
s0tnik
s0tnik

Categories:

Национальная политика в СССР: девиация или традиция?

Не ожидал от грамотного историка cherniaev такого взгляда, конечно. Вообще я часто срываюсь, когда человек, который казался близким по мировоззрению, вдруг пишет теоретические расклады, построенные на принципиально иной парадигме! Итак, тезис:
СССР был союзом 14 национальных республик, каждая из которых считалась национальным государством "титульной нации". Одна лищь РСФСР не была республикой русской нации

> Четкая граница между центром и периферией отсутствовала

Вы не правы на 100%. С экономической точки зрения, все было предельно ясно и четко (оценивая сальдо движения ресурсов, уровень бюджетных затрат на душу населения и пр.)

РСФСР - периферия
УССР, БССР, Казахстан - полупериферия
Прибалтика, Кавказ, Средняя Азия - центр
... В Британской империи Британия была центром. В СССР именно национальные республики были центром, а РСФСР - эксплуатируемой в их пользу экономической колонией. Советская The Affirmative Action Empire, действительно, была построена по совершенному иному принципу, чем Британская или Российская империя.


Национализм, как известно, порождение Нового времени, модерна, а модернизация - процесс ниспровержения всего архаичного, секуляризации, десакрализации. Что есть до-модерн, то, что пришлось ниспровергать Новому Времени? С точки зрения государства - это империя, построенная на сакральных основаниях, в задачу которой входит создание максимально выссоких возможностей для населения по спасению своей души. Примеры - Священная Римская Империя, Османская империя, Византийская империя, Халифат Аббасидов, Русь XV-XVII вв. В основе империи лежала цивилизационная религиозная идея, доступная любому народу и племени. В большинстве империй возможно было проживание иных цивилизационных анклавов, которые находились под защитой государсства, но дискриминировались. Принятие народом или конкретным человеком имперообразующей идеи (религии, иерархии) немедленно давало этому народу или личности привилегии, не сравнимые с правами\обязанностями основного этноса. Тут логичен пример из Евангелия: 12 Как вам кажется? Если бы у кого было сто овец, и одна из них заблудилась, то не оставит ли он девяносто девять в горах и не пойдет ли искать заблудившуюся?
13 и если случится найти ее, то, истинно говорю вам, он радуется о ней более, нежели о девяноста девяти незаблудившихся. Мф. 18.

И в Османской империи, и в Российской хватало турок\русских, которые поступали подобно старшему брату блудного сына: 25 Старший же сын его был на поле; и возвращаясь, когда приблизился к дому, услышал пение и ликование;
26 и, призвав одного из слуг, спросил: что это такое?
27 Он сказал ему: брат твой пришел, и отец твой заколол откормленного теленка, потому что принял его здоровым.
28 Он осердился и не хотел войти. Отец же его, выйдя, звал его.
29 Но он сказал в ответ отцу: вот, я столько лет служу тебе и никогда не преступал приказания твоего, но ты никогда не дал мне и козленка, чтобы мне повеселиться с друзьями моими;
30 а когда этот сын твой, расточивший имение свое с блудницами, пришел, ты заколол для него откормленного теленка.
31 Он же сказал ему: сын мой! ты всегда со мною, и все мое твое,
32 а о том надобно было радоваться и веселиться, что брат твой сей был мертв и ожил, пропадал и нашелся.
Лк. 15.
Но если государство было сильным, то усмиряло эти горделивые потуги "старших сыновей", ибо империя - не для благосостояния народа, этноса, личности, но для высшей цели - всеобщей справедливости, всеобщего спасения, величия и славы Рима, ограждения мира от прихода Антихриста и других подобных целей.
Что есть экономика для империи пре-модерна? Экономическое развитие и благосостояние для империи - не цель, но средство, доказательство правильного, справедливого курса развития страны. Именно поэтому империи прошлого, построенные на методах внеэкономического принуждения, как сказали бы Гайдар и Илларионов, оказывались столь терпеливыми к кризисам. Византийская империя умирала 500 лет, Османская - 350, Рим по Тойнби - 500. Если брать Византию, арабские авторы вообще не понимали, почему греки не сдаются туркам, если благосостояние греческого крестьянина\торговца даже без смены веры было в Османской империи XIV-XV вв. едва ли не на порядок выше, чем в осколках Византии, раздираемой коррупцией и борьбой за власть. До Ататюрка в Османской империи днем с огнем не найти было турка, который занимался бы торговлей: существовало лишь три достойных профессии для турок: пастух\крестьянин, воин\чиновник и улем. Разумеется, все они были менее экономически успешными, чем еврей-ростовщик, грек-торговец, армянин-подрядчик. По жизни нетурок в Османской империи мне вообще много чего есть сказать, ибо специальность, но замечу, что уровень жизни балканского православного крестьянина в XIV-кон. XVIII вв. был намного выше, чем таковой в Анатолии, я уж молчу про жизнь греческой знати Константинополя, являвшейся неотъемлемой частью османской системы управления. И о негативном отношении турецкой аристократии и простого народа к засилью неруси греко-балканского элемента тоже мне много есть чего сказать.
"Нерусь" на Руси - отдельная тема. Как только Русь начинает из европейского княжества превращаться в империю, сразу начинается тот же самый процесс привилегированного привлечения инородцев, принявших имперскую идеологию, на русскую службу с целью расширения цивилизационного пространства. Начиная с Касимовских татар и греков XV в., и далее крещеной татарской знати (откуда фамилии дворян Тургеневых, Аксаковых, Юсуповых и т.п.) в XVII в., массовое наполнение элиты чуждым польско-украинским элементом в ходе смуты и церковных реформ XVII в., далее в XVIII в. - массовое наводнение элиты инородцами с Запада, носителями абсолютно иной культуры.
Мне приходилось заниматься историей покорения Кавказа и причинами, почему присоединение к России действительно клочка земли стоило до трети ежегодного бюджета (на 40-е гг. ХХ в.) и длилось более полвека. Успехи Британской империи и миф об универсальности европейских методов колонизации обрек Россию на годы бессмысленной бойни. Сначала Александр I, а затем Николай I никак не могли понять, почему армия, победившая Наполеона, не может справиться с кучкой дикарей. И только новая имперская политика после Крымской войны позволила включить Кавказ, а также Среднюю Азию в состав России. Политика заключалась все в том же: интеграция завоеванных территорий в состав государства, распространение русского языка, культуры среди покоренных народов, активное привлечение местной знати на службу без принуждения к смене веры. Для дагестанской, бухарской или хивинской элиты требовалось только принятие имперской идеологии, признания своего подчинения имперскому центру, Белому царю, новому Чингизхану, Тимуру или Надиру, кому как больше нравилось. Наиболее примечательна тут политика К.П. Кауфмана и его последователей, мало чем отличавшаяся от его великих предшественников средневековья: сначала жесткое покорение, затем включение в состав империи на комплиментарных условиях, при которых провинции становились скорее объектами вложения средств, чем ограбления, как это делали англичане с Индией.
Теперь конкретно по теме советской экономики и национальной политики.
Советская система являлась исторически обоснованным, логическим продолжением Византийской, Монгольской, Российской имперской системы (Кто утверждает обратное, тот сторонник конспирологической теории о пришествии на Русь Святую жыдов в пломбированном вагоне для делания сотонинской революции и к науке не имеет никакого отношения). Особенно ценны тут исследования западных ученых историков, философов и политологов, которые одинаково (как правило, негативно) оценивают опыт национальной политики как Российской империи, так и Советскоой России, обязательно обращая внимание на строгую преемственность отношений. Особенно характерно об этом писали сторонники цивилизационной теории А. Дж. Тойнби, К. Поппер, А. Каппелер, Дж. Мейнинг и многие, многие другие. Другое дело, в какую сторону от генеральной линии сделала шаг советская система?
Консерваторы, как правило, критикуют ультралевые элементы политики большевизма, который позиционировался как авангард модерна. Воинствующий атеизм, полная эмансипация женщин, авангард в искусстве и самоопределение наций, характерные для первых лет советской власти, действительно могут смутить кого угодно. С другой стороны, налицо преодоление число западных элементов зарождающегося национализма от пролетарского интернационализма в пику расизму и социал-дарвинизму до физического уничтожения или высылки элиты за рубеж (Кстати, в глубоком детстве, когдя я любил чиать подряд статьи Большой Советской Энциклопедии, меня поражало огромное количество нерусских фамилий разных деятелей дореволюционной эпохи и, напротив, их смена на русские в послереволюционное время. Мне это запомнилось на вся жизнь). С 1917 г. пути Запада и России расходятся. На Западе развитие идет путем национализм vs либерализм, и либерализм побеждает национализм (глобальный постмодерн побеждает локальный модерн или ставит его себе на службу, подобно эстонскому или албанскому национализмам). В России под ультраматериалистическими лозунгами происходит формирование настоящей сакральной империи, обладающей всеми характерными чертами этой организации.
Налицо наличие сакральной объединяющей идеи (коммунизм), доступной человеку или группе лиц вне зависимости от этнической принадлежности (ср. ислам в халифате; православие, идея сакральной империи во главе с катехоном в Византии). Пролетарский интернационализм - это такое модерновое обоснование прозрачности вертикали власти, доступной любому при условиии принятия базовых ценностей. Так же, как в Османской империи безвестный сын боснийского пастуха Баица Соколович мог стать великим везиром, так и в СССР сын нищего грузинского учителя, подозреваемого в связях с меньшевиками, смог встать у руля внешней политики империи (и развалить ее, когда, скорее всего, подумал, что между архаикой действующей модели и модерном идеологии существует слишком большой зазор). Поскольку принадлежность к сакральной идее обеспечивало адепту вечность (что заведомо выше примитивного бабла, сытости и превосходства над другими народами, что так ценимо националистами и либералами), то центр заведомо был заинтересован в распространении сакрально-идеологического базиса на как можно большее количество людей. Т.о. происходило расширение границ и вовлечение в систему вечного порядка и справедливости значительного числа народов и территорий.
Какое же место занимала в этой системе ценностей экономика? В отличие от современного общества, в котором экономика занимает центральное положение и даже подчиняет себе всю человеческую деятельность, по выражению Л. фон-Мизеса, экономическое развитие общества пре-модерна целиком зависело от сакральных факторов (природы, Бога), которые воспринимались как экзаменаторы человека на пути к смерти и далее вечной жизни. Человек традиционного общества обязан был, напротив, показать Богу, насколько изменения материального благосостояния не способны повлиять на его стремление в рай. Христианину, мусульманину или советскому человеку, сталкиваясь с материальными трудностями, положено с радостью игнорировать их, так как скорейшее и бодрейшее их преодоление ведет к скорой и окончательной окончательной победе (Раю, коммунизму).
Совершенно иное, антиэкономическое отношение к излишкам. В СССР практикуется экономика дара, блестяще описанная М. Моссом - вспомните Фонд Мира, тетрадки детям Анголы, сдача металлолома, коммунистические субботники в день рождения Ленина, что это, как не "купола в России кроют чистым золотом, чтобы чаще Господь замечал?" То же касается и дотирования периферии. Узбек с точки зрения русского коммуниста - несчастен только потому, что да-да, как на том известном агитпропе, не получил того образования, как русский, рос в условиях исламских предрассудков, и ему следует ото всей души помочь дотянуться до нашего уровня. Настоящий имперский народ от широты души и желания поделиться с другими спасительной истиной, которой он обладает, готов ради ее распространения терпеть холод и жару, есть акрид или селедку с газеты, ибо значимость истины превышает ценность любой материи. Поэтому новопринявшим ислам на Балканах полагались значительные налоговые послабления, а в СССР существовала национальная квота на поступление в институт. Государство и имперообразующий этнос готовы были пожертвовать частью, порой значительной, своих доходов ради распространения истины.
В геополитическом плане - это практика укрепления границ, окраин, наиболее вероятного направления нападения или подготовка соседей к возможной экспансии.
Возвращаясь к СССР, национальная политика выдержала тяжелейшее испытание - Великую Отечественную войну, но провалилась перед дискредитацией самой объединительной имперской идеи. От распада СССР пострадали все. Если бы уровень связей между республиками был бы столь примитивен, как на взгляд националистов, т.е. прямое дотирование, то действительно, от распада СССР пострадали бы лишь дотационные регионы, а в РФ наступил бы экономический рай. Однако, этого не произошло, ибо разрушена была целая система по формирования многонациональной общности, низкая степень экономической, социальной и этнической дифференциации в которой не имеет аналогов в истории.
Что нам в итоге предлагают националисты? Им милее национальное государство, в котором все живут по принципу разумного такого, прагматичного этноэгоизма, в котром никто никого не кормит. Символом, как мы уже неоднократно цитировали, является Израиль и Эстония. Да, в условиях модерна в XIX в. это было возможно. В настоящее время - это возможно только при условии верховенства наднациональных вооруженных сил (НАТО), экономической политики и идеологии (ЕС) и полной зависимости от мировой экономики, колебаний на ведущих биржах. В современном национальном государстве от практики XIX в., от Зомбарта и Бисмарка осталось только право изучать национальную литературу и танцовать свой национальный краковяк. Крах национальных экономик, как мы видим, не зависит ни от трудолюбия жителей, ни от дотаций государства в помощь голодающим окраинам. Модерн кончился, началась эпоха постмодерна с глобализацией, в котрой национальные государства теряют свою политическую и экономическую субъектность.
Есть для националистов и другой возможный положительный пример. Это империя морского типа, построенная по принципу радикального разграничения центра и периферии по географическому, расовому, этническому и цивилизационному признаку. Т.е. с их точки зрения, Россия-центр должна была завоевав немедленно приступить к тотальному ограблению колоний, подобно тому, как это делали в Индии англичане, т.е. монетки на известном плакате должны быть расположены в обратном порядке: в РСФСР - благоденствие, а Средней Азии - нищета и голод.
В условиях континентальной империи такая модель в принципе не осуществима т.к. четких географических, этнических и геоэкономических границ между центром и периферией не существует. Если в условной Британской Индии начинается чума, восстанут сипаи или очередной Ганди объявит акции гражданского ненасильственного неповиновения максимум, что может произойти с метрополией, так это англичане, занимающие должности в правительстве Индии вынуждены будут расписаться в собственном бессилии и уехать в Лондон, бросив богатейшую колонию на произвол судьбы. Ни чума, ни сипаи, ни Ганди не сможет перешагнуть через океан. На континенте любое периферийное недовольство сразу потрясает основы империи. На континенте если один из народов объявить дикарями, то получишь и отношение к центру как от дикарей. В истории уже были деятели, которые пытались строить континентальную империю на принципах морской, продержался он недолго не смотря на колоссальную энергию немцев и подавляющее технологическое превосходство.
В ответ на западный подход к национальной политике теракты 11.09 - исключения, а взрывы домов в Москве - правило. Если в морской импери взаимоотношения и между народами центра и периферии строятся по принципу господин\раб переходящие в более развитые периоды в наперсточник\лох, то в континентальной - отец\сын (пусть, и приемный), которому следует привить привычки, достоинства, характер, мировоззрение отца. Отчуждение в первом случае максимальное, непреложное, лоху можно впаривать опиум, ГМО, все, что приносит доход. Периферия воспринимается только как источник дохода. В нашем случае - попытка максимального преодоления разницы ради достижения общей цели, лежащей по ту сторону от банковских операций.
Критика советской модели межнациональных отношений националистами является критикой системы континентальной империи как таковой, критикой Византии, Османской, Российской империи, Халифата и Великой Римской, критикой всего течения русской истории, русской географии, критикой со стороны модерна, т.е. секуляризма, государства-нации, прогрессизма, позитивизма. Опора националистов на опыт Британской империи является игнорированием первостепенных геополитических и цивилизационных факторов в угоду вульгарному социал-дарвинизму и экономическому детерминизму. Самое поразительное в националистах то, что их теория как таковая опровергнута глобализацией: современные национальные государства возникают только в результате распада традиционных империй (СССР) или сложившихся государств и, как правило, при активной помощи США - авангарда глобализации. Реализация ни модели национального государства, ни империи морского типа в России невозможна и ведет к полной потере субъектности. Вернее, возможность есть, и дискуссии о ней нередки. Это Россия как авангард Запада (национальное ли государство или империя Британского типа) против дикого воинствующего Востока. Пока это единственная возможность реализации программы националистов. Каждый, кто поддерживает превращение России в национальное государство или новую Британию - идет против русской истории и географии и предлагает России эксперимент, по сравнению с которым коммунизм - добрая сказка. Логика националистов вообще не предполагает чего-либо кроме предельно ясной национальной и экономической точки зрения, человек - лишь биологический вид, принадлежащий к стаду и способный лишь потреблять материю, сношаться и гадить. Все отличие их логики от либеральной парадигмы - это наличие биологического стада, нуждающегося в политическом самоопределении - буржуазной нации, отличной от других по биологическим признакам, в то время, как для либерала нация - это то, что уже преодолено индивидом.
Tags: Россия, СССР, идеология, империя, национализм
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments